БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКИЕ КОНФЕРЕНЦИИ

<< ГЛАВНАЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

загрузка...

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 61 |

«Б а х т и н а В. А. Эстетическая функция сказочной фантастики. Наблюдения над русской народной сказкой о животных. Изд. Саратовского унив., Саратов, 1972, 52 стр. Вопросы жанров ...»

-- [ Страница 4 ] --

Количество зарубежных переводов и постановок пьес Островского растет после Октябрьской революции, в особенности же после второй мировой войны. Среди наиболее интересных постановок, осуществленных в последнее время зарубежной режиссурой, необходимо в первую очередь отметить постановку комедии «Последняя жертва» в Праге (1956), тра­ гедии «Гроза» в Будапеште (1967), комедии «Лес» в Бухаресте (1952), в Лондоне (1970) и Париже (1970), пьесы «На всякого мудреца довольно простоты» в Берлине (1967).

Б. Р о м а ш о в. А. Н. Островский и его значение для советской драматургии.

В кн.: Б. Р о м а ш о в. Драматург и театр, стр. 258, 259, 288, 291, 295.

жизнь. Изд. «Искусство», М., 1953, стр. 202.

№ 115, 13 июня.

А. Н. А р б у з о в. Драматургия А. Н. Островского — поэзия нашего театра.

В кн.: Ежегодная конференция, посвященная великому русскому драматургу А. Н. Островскому. 1958 год. М., 1959, стр. 89.

А. Н. О с т р о в с к и й, Полное собрание сочинений, т. XII, стр. 123, lib.pushkinskijdom.ru H. Черкасов считает, что комедия «Лес» поставлена государственным муниципальным драматическим театром Румынии «в лучших реалистиче­ ских традициях, режиссура и артисты правильно поняли и раскрыли смысл этого произведения и тонко воссоздали атмосферу эпохи». О народ­ ной артистке Лучии Стурза-Буландра, игравшей Гурмыжскую, Черкасов сказал, что она «смогла бы войти в ансамбль нашего Ленинградского театра драмы им. Пушкина или Московского Малого театра».

Обличительно-сатирический пафос драматургии Островского, нена­ вистный эксплуататорским кругам, вызывает горячее сочувствие и полную поддержку прогрессивных слоев зарубежных читателей и зрителей. Пере­ довой общественности, враждебной произволу и насилию, в особенности дорог положительный герой пьес Островского, отличающийся демократи­ ческим складом ума и чувств, верой в победу правды, душевной щедростью, горячим сердцем, обращенным к добру и красоте. Вот почему западноевро­ пейская реакционная буржуазная критика пыталась принизить достоин­ ство пьес Островского, в то время как прогрессивная критика раскрывала их глубокий смысл и непревзойденное мастерство. Так, Ян Неруда, один из крупнейших чешских реалистов второй половины XIX века, в своей борьбе за тесную связь родного театра с действительностью, за его идейноэстетическое обновление, во многом опирался на драматургию Остров­ ского. Для него было ясно идейно-эстетическое превосходство драматур­ гии Островского над буржуазной западноевропейской драматургией.

В 1880 году он писал: «Зарисовки Островского напоминают хорошую ста­ ринную гравюру: четкие, резкие контуры, живость, выразительность и потрясающая простота. Из современных драматургов с Островским можно сравнить только Бьёрнсона, или Ибсена, либо старых испанцев: такие же скупые, точные слова, четко очерченные характеры;

ни одного лишнего слова, причем язык народный, взятый прямо из жизни: ни одного наду­ манного конфликта, а лишь такие, которые создает сама человеческая природа, и потому волнующие нас. Столько правды мы не найдем в пье­ сах французских драматургов, может быть достаточно смело черпающих из жизни, но уже выработавших свои шаблоны для изображения многих моральных ее сторон: мы не найдем ни крупицы этой правды и в баналь­ ных немецких пьесах».

Ян Неруда был убежден в том, что творения Островского не поте­ ряют своей ценности и после того,- как обличаемые ими общественные отношения уйдут в прошлое. В 1870 году, в связи с постановкой в Праге «Грозы», Неруда утверждал: «В истории драматургии Островскому будет отведено почетное место... благодаря правде изображения и подлинной человечности он будет жить в веках».

Эта оценка Островского как драматурга мирового значения была поддержана всей прогрессивной критикой: французской (Ж. Патуйе), немецкой (Е. Венот), итальянской (Ло Гатто), английской (Д. Магаршак) и т. д.

В ноябре 1912 года в Сорбонне Жюль Патуйе защитил докторскую диссертацию «Островский и его театр русских нравов». В этом капиталь­ ном исследовании блестящего знатока изучаемой проблемы Островский, продолжатель Гоголя, приравнивается к самым выдающимся писателям России — Л. Н. Толстому, И. С. Тургеневу, И. А. Гончарову.

Споря с западноевропейскими и русскими критиками, недооценивав­ шими искусство драматурга, исследователь много позднее писал: «Уже Николай Ч е р к а с о в. Месяц в Румынии. «Звезда», 1952, № 3, стр. 141—142.

Ян Н е р у д а, Избранное в двух томах, т. 2, Гослитиздат, М., 1959, стр. 451—452.

Jul Р а t o u i l l e t. Ostrovski et son thtre de moeurs russes. Paris, 1912, p. 458. См. также стр. 113, 430, 432, 456.

lib.pushkinskijdom.ru в первом своем произведении («Свои люди — сочтемся») оп является полным хозяином своего дела не только в изображении характеров яиц, но и в отношении развития действия пьесы и понимания значения сценических эффектов». Для Ж. Патуйе Островский «бесспорный мастер»

и «классик сцены».

В последние десятилетия неуклонно ширится признание выдающе­ гося мастерства Островского. Его пьесы, относящиеся к наиболее идейнопрогрессивным и художественно совершенным в мировой драматургии второй половины XIX века, составляют в развитии мирового драматиче­ ского искусства шаг вперед, самостоятельную и важную главу. Благо­ творное влияние реализма Островского на драматургию отечественную, братских наций, входящих в СССР, славянских и других народов, во мно­ гом еще неучтенное, неосознанное, требует серьезных изучений.

Пьесы Островского активно живут и в настоящем, доставляя идейноэстетическое наслаждение современному зрителю.

М. П. Садовский, характеризуя творчество Островского, прекрасно сказал: «Все на свете подвержено переменам — от людских мыслей до покроя платья;

не умирает только правда, и какие бы пи являлись новые направления, новые настроения, новые формы в литературе — они не убьют творений Островского, и к этому живоносному источнику правды „не зарастет народная тропа"».

П. Н. Сакулииа. Сб. статей. Изд. «Никитинские субботники», М., 1931, стр. 195,197, 204.

Драма. Ежегодник императорских театров, вып. ХІІІ сезон 1902/1903..

стр. 200—201.

lib.pushkinskijdom.ru

МАЯКОВСКИЙ

И ПУТИ РАЗВИТИЯ ЛИРИКИ XX ВЕКА

Может быть, ни один поэт не оказал такого решающего и непосред­ ственного влияния на мировую прогрессивную поэзию, как Маяковский.

«Новый мощный талант налетел, как ураган, с востока и разметал старые ритмы и образы, как этого не смел еще ни один поэт», — вспоминал И. Бехер. Маяковский был воистину гигантской личностью, поэтом огром­ ного дарования. И, однако, только величием таланта не объяснить его ми­ ровую славу. Прав Бехер, подчеркнув, что «поэтом эпохи, каким был Маяковский, может быть только тот, кто соединяет в себе жизненные силы своей эпохи во всей их глубине и многогранности».

Небывалые общественные сдвиги преобразили духовную жизнь XX века, внесли новые черты в литературу. С наибольшей полнотой и силой и раньше, чем у кого бы то ни было из поэтов, требования времени зазвучали в творчестве Маяковского. С гениальной чуткостью поэт ощу­ тил подземные толчки истории, великие перемены, назревавшие в недрах самой действительности.

Сложная диалектика жизни проявилась в том, на первый взгляд, странном факте, что наиболее чистым, классическим выражением общих закономерностей эпохи стала поэзия такого своеобразного, индивидуально неповторимого писателя, как Маяковский. Именно ему, ни на кого не похожему, особенному, дано было с почти конкретной наглядностью материализовать в своем творчестве ведущие тенденции развития прог­ рессивной поэзии XX века. 12—13 лет творческой жизни Маяковского после Октября (1917—1930) в свернутом виде содержат историю пути, которым шла мировая поэзия в течение нескольких десятилетий — вплоть до настоящего времени.

В данной статье, не претендующей, естественно, на всестороннюю разработку вопроса такой широты и сложности, каким является вопрос о месте Маяковского в истории мировой поэзии, нам хотелось бы коснуться некоторых характерных черт его творческого развития, обнаруживающего неслучайное сходство с развитием других крупнейших лириков XX века.

Сходство это тем более существенно и значимо, что объясняется не столько заимствованием и подражанием (хотя нелепо было бы отрицать огромное влияние Маяковского на мировую поэзию), сколько единством внутренних законов развития в исторически сходных условиях, единством, дающим знать о себе «вопреки» неповторимому своеобразию непохожих творческих индивидуальностей.

По природе 'своего дарования, по своему душевному складу Маяков­ ский — прежде всего лирик. Темой его стихов почти всегда были его соб­ ственные переживания. Ему чужд дар «перевоплощения», оп может гоИ. Б е х е р. Открыватель мира. «Правда», 19І0, № 104, 14 апреля.

lib.pushkinskijdom.ru ворить только о том, что волнует его, чем живет он, Маяковский. В его произведениях всегда есть то, что Белинский считал важнейшим призна­ ком поэзии лирической: «Здесь личность поэта является на первом плане, и мы не иначе, как через нее, все принимаем и понимаем». Тема любви — «примадонна» лирики — занимает огромное место и в дооктябрьском и в послеоктябрьском творчестве Маяковского.

Но по природе своего дарования и внутреннему душевному складу Маяковский был человеком, кровно и нерасторжимо связанным с окру­ жающим миром, с людьми, с народом. Своим творчеством он наиболее полно воплотил мысль Л. Н. Толстого о том, что «человек, живя в этом мире, д о л ж е н... признавать себя членом всего человечества»;

«для того... чтобы... то новое, что он (писатель, — Ф. 77.) видит, было важно для людей, он должен жить не эгоистической жизнью, а принимать уча­ стие в общей жизни человечества».

Может быть, самый характерный поэтический образ у Маяковского — это обобщенный образ вселенной, «всей земли». Родившись в ранних произведениях, этот художественный образ, развиваясь, проходит затем сквозь все его творчество: «Вселенная спит, положив на лапу с клещами звезд огромное у х о » — в «Облаке в штанах»;

Земля с «морщинами око­ пов» на челе, с головой, «дымами и боями охмеленной», заломившая руки над «вздыбленными волосами» — в «Войне и мире»;

«Ядро земного шара», прикованное, будто кандалы, к ногам человека, — в поэме «Человек»;

«Вся вселенная» как место действия «Мистерии-буфф»;

образ «всей земли», охваченной бессонницей в дни скорбного прощания с Лениным;

Дремлющий мир в «Разговоре на Одесском рейде...», обронивший огром­ ную «синь-слезищу» — Черное море, и многие другие, вплоть до обраще­ ния к мирозданию в лирических отрывках последней поэмы...

Во всех этих образах нашло художественное воплощение то, что было самым существенным в Маяковском, — стремление объять мыслью всю землю, одержимость беспокойством о судьбах мира.

Маяковский ощущал постоянную ответственность за судьбы всех людей, не только близких, но и тех, кого он не знал и не видел:

Самой большой мечтой Маяковского была мечта о разумном, истинно человеческом устройстве общества, мечта о всечеловеческом счастье и еди­ нении: «чтобы в мире без России, без Латвии жить единым человечьим общежитьем» (VII, 164).

Тема мировой общности роднит Маяковского со многими прогрессив­ ными поэтами мира. Так, чувство, близкое Маяковскому, отразилось в са­ мом названии книги Пабло Неруды «Всеобщая песнь». Стремление Мая­ ковского найти слова и образы, которые выражали бы мысли и чувства массы, «безъязыкой улицы», нельзя не сопоставить со стихотворением Броневского «Для кого стихи?», в котором поэт говорит о своем желании выразить чувства миллионов. Перекличка рождает и очень близкие образ­ ные параллели. Ср., например, строки из поэмы Маяковского «Война и мир»:

В. Г. Б е л и н с к и й, Полное собрание сочинений, т. V, Изд. АН СССР, М., 1954, стр. 9.

Л. Н. Т о л с т о й, Полное собрание сочинений, юбилейное издание, т. 72, Гослитиздат, М.—Л., 1933, стр. 416.

Владимир М а я к о в с к и й, Полное собрание сочинений в тринадцати томах, т. I, Гослитиздат, М., 1955, стр. 159 (далее ссылки приводятся в тексте).

lib.pushkinskijdom.ru И из поэмы Луи Арагона «Поэты»:

А когда Маяковский говорит о языке, «родном всем народам» (тра­ гедия «Владимир Маяковский»), нельзя не вспомнить строки из поэмы Элюара, открывающей сборник «Естественное течение»: «Мы будем гово­ рить на языке, доступном всем».

Итак, две противоречащие друг другу тенденции — интимность лири­ ческого переживания и широта жизненного охвата — столкнулись в поэ­ зии Маяковского.

Теперь, по прошествии многих лет, мы знаем, чк« эчо столкновение было плодотворным, что оно привело к необычайному расширению рамок лирики, постепенно вместившей в свое лоно огромный мир народной жизни. Революция, героическое созидание новой действительности, па­ фос истории, творящейся руками народа, стали личной темой поэта.

«Прорывы» лирической стихии в сферу общественную совершались и до Маяковского. Но эти «прорывы» носили более или менее эпизодиче­ ский характер и никогда не были столь решительными, принципиальными и всеобъемлющими, как у Маяковского.

«Дать бы революции такие же названия, как любимым в первый день дают!» (VII, 235). Эти слова — к а к бы формула, образное выраже­ ние того внутреннего, неповторимо-личного осмысления, которому под­ верглась в поэзии Маяковского социально-политическая тематика, став­ шая личной лирикой высокого накала. Справедливо говорится в одной из работ: «Наиболее точный ключ к пониманию поэзии Маяковского — это сознание, что во всем том, что он написал, он прежде всего — гениальный лирик. В его великом „я", как солнце в капле воды, отражаются повсе­ дневные дела человеческие... Его творчество это поэтическая автобио­ графия гиганта».

Но создание лирики нового типа, выразившей сложную душу чело­ века XX века, не было процессом простым и прямым. Это был трудный и заранее не «запрограммированный» процесс, сопряженный с поисками истины, с «ездой в незнаемое». К тому же это был процесс многосту­ пенчатый, с развитием по спирали, в котором диалектика отрицания при­ вела в конечном итоге к новому синтезу — высшему синтезу личного и общественного.

В своих основных чертах этот процесс был общим для прогрессивной поэзии многих стран, но в поэзии Маяковского он предстает с особой концентрированной заостренностью, в минимальном временном простран­ стве послеоктябрьского творчества поэта, в то время как в западной поэзии он более рассредоточен в своих звеньях.

Цит. по: Поэзия социализма. Изд. «Наука», М., 1969, стр. 115.

Цит. по статье Л. Арагона «Поль Элюар»: А р а г о н, Собрание сочинений в одиннадцати томах, т. X, Гослитиздат, М., 1961, стр. 170.

Анатоль С т е р н. Раненный любовью. «Радуга», 1965, № 12, стр. 162.

lib.pushkinskijdom.ru Начало этого процесса связано принципиальным отрицанием лири­ ческой поэзии вообще как выражения личной стихии чувств. «Нами лирика в штыки неоднократно атакована», — писал Маяковский в сти­ хотворении «Юбилейное». В той или иной мере эта «атака» характерна для всего фронта прогрессивной поэзии на начальном этапе ее развития.

«Кому это интересно, что — „Ах, вот бедненький! Как он любил и каким он был несчастным..."?» (II, 87) —возмущался Маяковский. «Мечты, грезы, — цветы, розы» вызывали его язвительные издевательства. Анало­ гичные примеры из поэзии других стран не нужно выискивать. «Мало этого! Мало!» — страстно восклицал Броневский в программном сти­ хотворении «Поэзия», имея в виду традиционную пейзажную и интимную лирику. В конце 30-х годов Брехт пишет стихотворение «Плохие времена для поэзии», которое кончается строками: «Во мне борются воодушевле­ ние перед цветущей яблоней и ужас перед речами маляра (Гитлера,— Ф. П.). Но лишь второе двигает меня к письменному столу».

И нужно ли удивляться, что почти тот же смысл, то же чувство выражены в стихотворении Пабло Неруды «Объяснение»:

Страсть, владевшая художниками, без колебаний сделавшими свой выбор, решительно предпочтя общезначимое личному и частному, с огромной силой выражена в обобщенной, концентрированной образ­ ности стихотворения Элюара «Критика поэзии» (1932):

Как и в «Плохих временах для поэзии» Брехта, в «Критике поэзии»

Элюара отождествляются понятия «поэзия» и «интимная лирика» и выводится за пределы поэзии слово, служащее злобе дня, непосред­ ственно вторгающееся в социальные конфликты современности. Форм поэзии, которые могли бы вместить в ісебя борьбу с презренным царством шпиков и попов, для Элюара пока реально не существует. Поэзия — это Владислав Б р о н е в с к и й. Избранное. Изд. иностранной литературы, М., 1961, стр. 31.

Bertolt B r e c h t. ber Lyrik. Berlin und Weimar, 1964, S. 122.

Пабло Н е р у д а. Избранное. Перевод с испанского. Гослитиздат, М., 1954, стр. 107—108.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 61 |
 


Похожие материалы:

«XLII Ломоносовские чтения Итоговая научная сессия СГМУ и СНЦ СЗО РАМН Северная хирургическая школа: к 100-летию со дня рождения Н.М. Амосова. Симпозиум 21 Медицина и гуманитарные знания: области соприкосновения Материалы межвузовской научной студенческой конференции 14 ноября 2013 года Выпуск 1 Архангельск КИРА 2014 УДК 61(082)+608.1(082) ББК 5я431+87.751.5я431 М 42 Редакционная коллегия: Г.Н. ЧУМАКОВА, доктор медицинских наук, профессор Т.И. ТРОШИНА, доктор исторических наук, доцент М.Ф. ...»

«ЭКОНОМИКА, УПРАВЛЕНИЕ, ОБЩЕСТВО: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ Материалы Восьмой Всероссийской научно-практической конференции молодых исследователей, аспирантов и соискателей 24 марта 2010 года (часть I) Хабаровск 2010 Восьмая Всероссийская научно-практическая конференция молодых исследователей, аспирантов и соискателей 2 ББК 65.05 Э-40 Редакционная коллегия: Байков Н.М. – д.с.н., профессор, проректор по научной работе ДВАГС Дробница А.В. – д.и.н., профессор ДВАГС Осипов С.Л. – д.э.н., профессор ...»

«Рецензент: доктор исторических наук С. В. Листиков (Институт всеобщей истории РАН) Великая война: сто лет / под ред. М. Ю. Мягкова, К. А. Пахалюка. — М. ; В27 СПб. : Нестор-История, 2014. — 324 с. ISBN 978-5-4469-0271-2 В основу сборника легли доклады, представленные 11 декабря 2013 г. на научной конференции Россия и Первая мировая война: история и память, которая была проведена Российским воен- но-историческим обществом в рамках международного форума Первая мировая война в кон- тексте ...»

«Народы ЮжНого Урала На страже родиНы Материалы Второй Всероссийской научно-практической конференции, посвященной 70-летию коренного перелома в Великой Отечественной войне (Сталинградской и Курской битв) г. Оренбург – 2013 1 2 Министерство образования Оренбургской области Научно-исследовательский институт истории и этнографии Южного Урала Оренбургского государственного университета Ассамблея народов Оренбургской области Народы ЮжНого Урала На страже родиНы Материалы Второй Всероссийской ...»






 
© 2013 www.kon.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»