БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКИЕ КОНФЕРЕНЦИИ

<< ГЛАВНАЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

загрузка...

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 76 |

«МОСКВА, 18–21 ноября 2003 г. УДК [94+39](470+571)(=112,2)(063) ББК 63,3 (2)+63,5(2) K63 Ключевые проблемы истории российских немцев. Материалы X международной конференции ...»

-- [ Страница 5 ] --

К немаловажным аспектам темы эффективности относится вопрос о соотношении составляющих триады автор – научный текст – читатель. При этом в роли читателей могут выступать как представителя собственно научного сообщества, так и люди далекие от науки. Отсюда проблема практического значения или эффективности оказывается тесно связанной с вопросами понимания, освоения знания и его интерпретации.

Учитывая сложность, масштабность сформулированной темы и ответственность за обоснование конкретных позиций, задача настоящей работы состоит только в постановке ряда ключевых, на мой взгляд, вопросов, которые могут стать поводом для дальнейшего обсуждения этой проблематики в целом.

Этим объясняется фрагментарность и своеобразная «клиповая» форма изложения материала. Отсюда вытекает также очевидная дискуссионность последующих утверждений и выводов.

Общая характеристика проблемной ситуации. Словосочетание «научные исследования» является обобщенным термином. Он, в силу абстрактности своего содержания, не отражает сложную структуру и тенденции развития всей гносеологической ситуации. В последнее десятилетие появились сотни и сотни публикаций, диссертационных исследований, дипломных работ, проводилось множество конференций и семинаров по самым разным проблемам российских немцев.

Анализ практической значимости результатов многочисленных исследований предполагает не только объемную библиографическую и источниковедческую, но и классификационную работу. При этом число возможных классификаций будет зависеть от изначально определенных оснований. В качестве таковых может выступать предмет исследования в конкретных науках (в истории, этнологии, социологи, лингвистике и др.), научные школы и направления, проблемно-тематические поля, география деятельности научных сообществ, личностные характеристики ученых и т.д.

Сложность и одновременно актуальность такой задачи наглядно демонстрируют очень ценные библиографические публикации Т.Н. Черновой, Д. Брандеса и др.1 Материалы, изложенные в этих работах, наглядно свидетельствуют, что большинство исследований сегодня осуществляются в рамках истории как научной дисциплины. Также приходится согласиться, что публикации в основном носят «пока региональный характер, либо представляют собой комплексное исследование отдельной темы… Пройден серьезный этап собирания фактографического материала, освоения архивных документов и материалов, поставлены многие конкретные вопросы. Настало время поиска ответов, обобщений, сравнительного анализа…»2.

Полностью признавая важность сформулированных задач, их ряд целесообразно дополнить, на мой взгляд, и вопросом о практической эффективности и направленности исследований.

В самом общем виде проблему практической эффективности/значимости исследований проблем российских немцев можно связать с функциональной характеристикой знания в целом. В этом случае к наиболее бесспорным его функциям можно отнести:

• этнокультурную, что проявляется в том, что результаты исследований значимы для организации и осмысления этнической жизнедеятельности российских немцев;

• социальную, в том числе роль знания для информационного обеспечения, обоснования и выбора управленческих и других практических решений;

• просветительскую, образовательную;

• познавательную, т.е. самоценность научного знания, включая рассмотрение его практического значения как внутринаучной проблемы.

Если соотнести обобщенные результаты исследовательской деятельности с каждой из перечисленных функции их практической значимости, то несложно найти подтверждения как для положительных, так и отрицательных выводов.

Общеизвестно, например, что на семинарах и тренингах для работников многочисленных центров немецкой культуры, общественных объединений немцев в России и странах СНГ широко используются результаты теоретических и методических разработок, этнографических экспедиций, а также архивные и статистические материалы. Более того, они многократно тиражируются и адаптируются участниками таких мероприятий к решению конкретных этнокультурных задач в местах проживания немецкого населения. В последнее время растет также число публикаций ученых в научно-практических и методических изданиях3.

В Сибири сегодня можно найти немало фактов научного обеспечения конкретных практических проектов и программ. Омск, например, является признанным центром этнографической и музейной работы. Здесь активно ведутся теоретико-методические разработки в области немецкого национального образования, изучения немецкого языка, этнокультурной деятельности центров немецкой культуры. В вузах Алтайского края большое внимание уделяется изучению истории немцев в Сибири, созданию учебно-методической и кадровой базы для образования немцев в контексте поликультурного пространства. В Томске и за его пределами широко известны разработки и практические результаты модели системного подхода в изучении немецкого языка в условиях дисперсного проживания немцев. В Новосибирской области, наряду с многолетними этносоциологическими исследованиями, предпринята попытка создания элементов национального немецкого образования на всех ступенях – от прогимназии до университета.

Большой практический интерес представляет опыт и научное обоснование системы самоуправления в немецких национальных районах Алтайского края и Омской области. Об осознании в регионах актуальности информационнонаучного обеспечения практической работы в области этнического развития немцев свидетельствует опыт разработки в последнее время перспективно ориентированных тематических программ при помощи консультаций специалистов консалтинговых фирм, в том числе и из Германии. Во всех перечисленных, как и многих других формах работы исследователи истории и культуры российских немцев принимают достаточно активное участие.

Приведенный перечислительный ряд эмпирически фиксируемых положительных фактов можно увеличить. Однако столь же наглядно можно показать обратное, а именно: практику принятия управленческих решений без соответствующего научно-информационного обеспечения.

Особые сложности возникают при попытках оценить роль научных исследований в сфере управления и деятельности органов власти на федеральном уровне, ибо такое взаимодействие осуществляется преимущественно в форме консультаций и редко обсуждается в публичных дискуссиях. Специалистам еще предстоит, на мой взгляд, в будущем проанализировать степень обоснованности и адекватности интересам немецкого населения «Комплексной целевой федеральной программы по созданию базы для социально-экономического и культурного развития российских немцев» как на этапе ее разработки, так и результатов ее реализации. Однако со всеми основаниями могу утверждать, что исследования относительно ее реализации в регионах по конкретным этапам и последующая корректировка с привлечением разнопрофильных специалистов фактически не имели места.

Столь же наглядный пример недооценки рекомендаций исследователей проблем российский немцев относится к миграционной проблематике. Активные миграционные потоки немцев в 1990-е годы из бывших республик СССР в Сибирь и другие регионы России были преимущественно стихийными. Целенаправленные программы адаптации переселенцев в новых местах проживания исчислялись в сибирских регионах единицами (исключение составляли только немецкие национальные районы). Общеизвестно, что инициаторами такого направления деятельности фактически выступили сотрудники германского Общества технического сотрудничества в начале 1990-х гг. Они же оказались, в отличие от региональных структур власти, первыми заинтересованными заказчиками междисциплинарных исследований по этой проблематике.

Об отсутствии эффективного диалога между представителями научного сообщества и структурами государственного управления наиболее наглядный материал представляет история деятельности департамента российских немцев. Так, многолетние безуспешные попытки создания экспертных советов по координации и поддержке исследовательских проектов можно проследить по целому ряду нереализованных постановлений и решений этой федеральной структуры. К архивным документам для будущих историков уже сегодня относятся протоколы встреч представителей науки и федеральных структур власти, на которых обсуждались задачи формирования портфеля заказов на научную информацию со стороны принимающих управленческие решения, которые также остались не реализованной инициативой.

Прерывая приведенные иллюстрации, обратим внимание на то, что вопрос о практическом значении научных исследований включает два относительно самостоятельных подвопроса. В одном случае речь может идти о проективном знании, т.е. о соотнесенности тематики и целей исследований с практическими потребностями и задачами. В другом случае – вопрос может стоять об эффективности уже существующего знания. Общим для этих двух вариантов является то, что исследователю необходимо иметь собственное представление о практических потребностях. Способы формирования такого представления могут быть самыми разными – от результатов целенаправленных эмпирически ориентированных исследований до идеологически обоснованных заказов. Несмотря на приведенные различия, очевидно одно: многоаспектная проблематика практической эффективности исследований требует разработки в качестве самостоятельной внутринаучной проблемы.

Среди причин актуализации проблемы практической эффективности научных исследований первостепенное место занимает, на мой взгляд, недостаточное внимание к ней в среде самого научного сообщества. Периферийное положение этой темы в кругу интереса отечественных исследователей можно, конечно, объяснить тем, что их интенсивная работа измеряется по времени всего полутора десятками лет. Однако именно это является одним из факторов важности осмысления этой проблемы в настоящее время в кругу специалистов, цеховое объединение которых определяется, независимо от предметной специализации, общим объектом исследования – проблемы истории, культуры российских немцев: прошлое, настоящее и будущее. Для подтверждения этого тезиса можно также сослаться на общенаучный опыт: вопросы практической значимости научных исследований являются важным предметом саморефлексии науки в целом, конкретных дисциплин, в частности.

Мне представляется, что одним из приоритетных направлений перспективного развития междисциплинарных исследований выступает обсуждение их практического значения в связи с факторной обусловленностью развития исторического сознания, современного самосознания, этнической жизнедеятельности российских немцев. В этом контексте наиболее наглядно можно проиллюстрировать практические последствия существующего знания и выявить темы, требующие дальнейшей разработки.

Кроме этого, в этом случае тесно взаимопереплетены исторический и современный подходы, а также ряд методологических установок. Так, например, это означает, во-первых, отказ от крайних интерпретаций принципа историзма как установку на беспристрастное исследование в социальных науках, не имеющего отношения к современной практике. Во-вторых, исследовательский интерес к истории и актуальной жизнедеятельности любого этнического образования нельзя рассматривать в соответствии с модернистской идеей как проявление национализма, основанного на приверженности традициям4.

И, в-третьих, обсуждение тематики практической значимости исследований по определению должно осуществляться на междисциплинарном уровне.

Историческое сознание: этническая память и современность. Обращение к анализу проблематики исторического сознания, этнического самосознания российских немцев обусловлено прежде всего тем, что именно эти составляющие признаются большинством специалистов, независимо от их методологических или идеологических позиций, важнейшими атрибутами этничности.

Общепризнанно, что историческая память, общие представления об этническом прошлом – реальные или вымышленные – являются неизменными факторами этнической идентификации, этнического самосознания. На этапе сбора материалов в современных исследованиях представляет интерес взаимосвязь исторических фактов с проблемой этнической памяти и памятников. Здесь же наиболее наглядно прослеживается междисциплинарная связь исследований.

К многоаспектным характеристикам этнической памяти относятся спонтанность, конкретность, активность, уязвимость, выборочность и т.д. Особое значение имеет такой признак этнической памяти, как восприимчивость к манипуляциям. Отсюда следует, что результаты изучения фактов истории российских немцев имеют большое значение для формирования этнического самосознания сегодня.

При этом, у каждого народа есть такие исторические события и факты, которые осознаются на индивидуальном или групповом уровнях «как национальная травма». Такая память может иметь не только позитивный исторически-преемственный, но и разрушительный характер по отношению к этнокультурному поведению и социальной активности в настоящем. В такой ситуации обостряется вопрос о том, как сохранять такую память и минимизировать ее «травматическую составляющую».

Одним из вариантов решения этой задачи является создание, сохранение интенциональных памятников. Здесь речь идет о поисках тех мест, где сохраняется историческая непрерывность. Другими словами, это то, что становится памятником со временем. К такому типу памятников относятся праздничные церемонии и минуты молчания, библиотеки и архивы, словари и учебники и др. В изучении процессов становления такого рода памятников, что равноценно участию в их формировании, особая роль принадлежит представителям исторических наук.

Мне представляется, что сегодня самая большая заслуга историков, архивистов по проблематике российских немцев именно в том и состоит, что они, с одной стороны, остановили время, а с другой – восстанавливают историческую непрерывность. Тем самым они сопричастны к созданию интенциональных памятников-монументов и в истории, и для будущего российских немцев.

В этом проявляется и реализуется одна из наиболее гуманных по значимости функций труда историка.

Для конкретизации этого вывода можно обратиться к материалам конференций и публикаций конца 1980-х – начала 1990-х гг. Именно деятельность историков стала началом стадии осмысления наиболее важных фактов в истории российских немцев XX столетия. Они впервые начали работу с документами, которые длительное время оставались для них недоступными по политическим и идеологическим причинам. В центре внимания исследователей оказались документы и материалы, связанные с судьбоносными поворотами в истории немцев в России и СССР. Они относились к неоднократным волнам депортации и репатриации, к послевоенному режиму спецпоселений, к ограничению прав человека на свободный выбор места проживания, профессиональной деятельности и образования по национальному признаку.

Большое значение имело то, что эта исследовательская работа совпала по времени и смыслу с новым этапом осознания широкими слоями немецкого населения своей этнической истории. Люди впервые публично проговаривали то, что долгое время было под запретом и даже наказуемым. Форма этих публичных обсуждений темы депортаций и ее последствий невольно вызывает аналогию со «стеной плача». Это был своеобразный период первичного коллективного, семейного и индивидуального осмысления и оплакивания конкретных исторических фактов.

Соответственно абсолютное большинство актуальных проблем рассматривалось и объяснялось через призму этих исторических фактов. Эта часть исторической памяти российских немцев явно оказалась местом травм, которое требует внимательного изучения с позиции его влияния на актуальное поведение людей, а также выбора того или иного типа поведения на будущее. Сегодня, я думаю, можно говорить о появлении предпосылок для нового этапа осмысления этой темы.

К таковым относятся, с одной стороны, появление исторических памятников.

Немецкое население уже более 10 лет отмечает во всех местах своего проживания День памяти, который соотнесен с началом депортации (28 августа).

Это является, на мой взгляд, свидетельством становления именно интенционального памятника, в котором немалая заслуга специалистов-исследователей. Формирование такого типа памятников и их устойчивое воспроизводство позволяет преодолеть как абсолютизацию исторических фактов как национальной травмы, так и их забвения.



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 76 |
 


Похожие материалы:

«Sverdlovsk Regional belinsky library municipal museum in memory of internationalist soldiers Shuravi IndIvIduAl–SoCIety– ARmy–WAR ХХIII military Science Conference on october, 23rd, 2008 Ekaterinburg 2009 Гуманитарный университет Центр военных и военно-исторических исследований Свердловская областная универсальная научная библиотека им. в.Г.Белинского муниципальный музей памяти воинов-интернационалистов Шурави Человек–оБщеСтво– Армия–войнА XXIII военно-научная конференция 23 октября 2008 г. ...»

«ОТ АВТОРА Когда вышло первое издание этой книги, в письмах, на читательских конференциях часто задавался один и тот же вопрос: Что в Черном кресте выдумано, что было в жизни? Саша — это я, ею история — моя жизнь, — написал в газету молодой человек, бывший сектант. Может быть, это и так, но я, автор повести, никогда его не встречал, с судьбой его не знаком. Повесть — не очерк и не корреспонденция. И, ...»

« ...»

«А.П. ЧЕХОВ: ПРОСТРАНСТВО ПРИРОДЫ И КУЛЬТУРЫ Материалы Международной научной конференции Таганрог, 2013 г. УДК 821.161.1.09“18” ББК 83.3(2Рос=Рус)5 ISBN 978-5-902450-43-6 Редколлегия: Е.В. Липовенко, М.Ч. Ларионова (ответственный ре- дактор), Л.А. Токмакова. А.П. Чехов: пространство природы и культуры. Сб. материалов Международной научной конференции. Таганрог, 11–14 сентября 2013 г. Таганрог, ООО Издательство Лукоморье, 2013 г. 420 с. В сборник вошли материалы Международной научной кон- ...»






 
© 2013 www.kon.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»