БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКИЕ КОНФЕРЕНЦИИ

<< ГЛАВНАЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

загрузка...

Pages:     | 1 |   ...   | 22 | 23 || 25 | 26 |   ...   | 64 |

«ЭКОЛОГИЧЕСКИЙ РИСК И ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ Материалы III Всероссийской научной конференции с международным участием Иркутск, 24-27 апреля 2012 г. Том 1 Иркутск Издательство ...»

-- [ Страница 24 ] --

На фоне огромного массива публикаций по разным аспектам экологического риска и экологии человека выявляется недостаточное внимание к одной из ключевых проблем, которую можно обозначить как “эволюционная угроза” [Яблоков, Юсуфов, 1981;

Малышев, 1990]. Суть этого явления состоит в том, что в условиях дестабилизации биосферы, выведения экосистем за пределы их устойчивости, резко усиливаются процессы, получившие наименование “некогерентной эволюции”, характеризующейся резко возрастающими масштабами и глубиной эволюционного “экспериментирования” биоты [Красилов, 1986]. Нет никаких оснований ограничивать этот феномен рамками лишь прошлых биоценотических кризисов [Малышев, 1990;

Жерихин, 2003]. Судя по ряду симптомов, эта составляющая становится одной из первых в контексте глобального экологического кризиса.

Эволюционная угроза существованию человечества становится все более явной по мере накопления разнообразных данных. Представляется принципиально важной характеристика современного состояния биосферы как экологически дестабилизированной среды, уровень некогерентности которой быстро нарастает. Суть биосферного кризиса состоит не только и не столько в нарастающем дефиците ресурсов и падении многообразия жизни на планете, имеющие следствием утрату “полезностей”, “снижение эффективности работы экосистем” и размыкание биогеохимических круговоротов, сколько в резком росте нелинейности эволюционных процессов, охватывающем все уровни организации живого с тенденцией к всё большему втягиванию в эти процессы человека, биологическая организация которого к тому же также дестабилизирована. Такую опасную эволюционно-экологическую ситуацию есть все основания считать реальной эволюционной угрозой, нависшей над человечеством. И она тем более весома, что исходит не только от среды, но и заключена в собственной биологической природе человека. Разумеется, по традиции, когда речь заходит об эволюции, мы склонны иметь в виду дикую Природу, удаленную от человеческих поселений. Однако факты свидетельствуют о том, что наиболее интенсивные эволюционные процессы происходят как раз в районах активной хозяйственной деятельности и селитебных зонах [Колчинский, 1990;

Малышев, 1990]. Что же касается человека, то растущие эволюционные риски выявляются симптоматическим анализом современного состояния его городских популяций, выступающих авангардом современной цивилизации на ее пути в будущее [Малышев, 1990].

Главным препятствием на пути осознания обозначенных здесь глобальных угроз является в корне неверное представление о биоте, ее сложности, адаптационном и эволюционном потенциале. Даже в обсуждении суперсложных проблем генетической инженерии, медицинских манипуляций и т.д. преобладает упрощенный, по сути, инженерный подход, как будто речь идет о некоем механизме, подобном детскому конструктору. Совершенно игнорируются чрезвычайно сложные и ещё малопонятные информационные и самосохранительные механизмы, играющие ключевую роль в существовании и развитии живого. Анализ же показывает, что один из главных “уроков века” это недооценка в экологии человека специфической роли информационных взаимодействий [Брехман, 1987;

Брехман, Нестеренко, 1988;

и др.].

Кажущийся отрыв человека от ужасов эпидемий прошлых веков возникает из-за того, что временной шаг эволюции в этом случае еще не пройден, хотя знаковые явления уже налицо – множественная антибиотикоустойчивость возбудителей инфекционных болезней, внутрибольничные (госпитальные) инфекции, СПИД, вирус лейкоза человека, вирус Эбола, атипичная пневмония, птичий грипп, возврат старых инфекций, активизация и рост вирулентности симбионтной микрофлоры (вирус простого герпеса, микозы) и т.д. Венчает эту “пирамиду” радикальная смена эндомикробоценоза человека [Вагнер и др., 1992].

Основным уроком всего этого является то, что нам, несмотря на все успехи и открытия “основ жизни” и “законов ее эволюции” пока не удалось осознать зловещие основы тонкого функционирования высших организмов, основанные на взаимоувязке огромного количества тканей, органов и их систем, эндосимбиологии и эндоэкологии организмов, сложности связей на уровне популяций и сообществ. Разбалансировка организма высвобождает ограниченные ранее потенции.

Следствием этого является рост по видам и масштабам аллергических реакций (вплоть до аутоиммунных), злокачественных новообразований, аутоинфицирования (герпес-вирусные инфекции, стафилококковые, грибковые и синегнойнопалочковые аутоатаки) и т. д. Особая их опасность в том, что бороться приходится уже с внутренним врагом и даже с собственным организмом.

Человечество на себе, благодаря неосознанной реализации метода системных провокаций (“эксперимент на человеке” – Малышев, 1990, добавим – острый эксперимент), выявил скрытые эмерджентности в функционировании и развитии системы “человек – среда”, которые дают основания для переоценки перспектив и внесения корректив в свое жизнеустройство. Ситуация на рубеже веков необратимо переходит грань возможностей технологического решения всех проблем такого рода. Чем быстрее произойдет осознание этого факта, тем больше шансов снизить экологические, экономические, да и социальные риски в развитии земной цивилизации. Можно не сомневаться, что биосфера, так или иначе, найдет способ поставить “на место” свое “непослушное дитя” [по В.Р. Дольнику, 1994]. Но чем дольше человечество будет тешить себя иллюзиями технологического толка, тем тяжелее будут последствия.

Развитие экологической теории и природоохранной практики привело к признанию биологического разнообразия одним из условий выживания человеческой цивилизации. Кроме вполне очевидной аргументации с ресурсных, этических, эстетических позиций в пользу ключевой роли биоразнообразия в обеспечении устойчивого поддержания биосферой ее основных функций говорят исследования его роли в обеспечении глобальных биогеохимических циклов [Горшков, 1995], а также в поддержании эволюционно-адекватной среды обитания человека, в том числе и достаточного уровня ее когерентности [Малышев, 1990;

и др.], “биологической полноценности”. В этой связи очень показательны выводы, к которым пришли специалисты по системам жизнеобеспечения и обитаемости космических аппаратов, заслуживающие расширенного цитирования. “За чертой наших представлений о среде обитания человека еще остается самое главное с точки зрения теории обитаемости – биогенная сущность природной среды. Ведь природная атмосфера качественно далека от нашей модели “космической атмосферы” (азот + кислород + углекислота), а природная вода вовсе не только вещество с формулой Н2О, кстати, весьма вредное в чистом виде для всех организмов”. “Отдельные сведения …о многих факторах земной среды … не объединены в единую систему знаний о природных факторах среды обитания человека, его земной экологии, и это представляется важной проблемой для разработки будущей концепции обитаемости, концепции экологии человека”. “В современной …. науке заметны тенденции обращения к ее прежним, более интегральным представлениям о природе как целом”. “…на Земле нет других небиологических механизмов, которые могли бы воспроизвести природную среду во всей ее “биологической полноценности” [Космос…, 1994, с. 506, 507].

Представление о “биологической полноценности” природной среды может претендовать на роль одного из наиболее значительных обобщений современной экологии, влекущего за собой большие последствия для природоохранной теории и практики, экологии человека и оценки экологических рисков. Симптоматический анализ современной экологической ситуации позволяет выявить важнейшую составляющую глобального экологического кризиса, на которую до сих пор не было обращено достаточного внимания – эволюционную угрозу, способную сформировать новую основу оценки глобальных экологических рисков.

1. Бир С. Мы и сложность современного мира // Кибернетика сегодня: проблемы и суждения. – М.:

Знание, 1976. (Серия «Математика, кибернетика», № 11). – С. 7-39. 2. Брехман И.И. Введение в валеологию – науку о здоровье. – Л.: Наука. Ленингр. отд-ние, 1987. – 125 с. 3. Брехман И.И., Нестеренко И.Ф. Природные комплексы биологически активных веществ: сахар и здоровье человека. Л.: Наука,1988. – 93 с. 4. Вагнер Е.А., Черешнев В.А, Морова А.А., Коробов В.П. Экологические аспекты возникновения СПИД, сердечно-сосудистых и онкологических заболеваний человека // Экология, 1992. – № 3. – С. 3-9. 5. Горшков В.Г.

Физические и биологические основы устойчивости жизни. – М.: ВИНИТИ, 1995. – 471 с. 6. Дольник В.Р.

Непослушное дитя биосферы: Беседы о человеке в компании птиц и зверей. – М.: Педагогика-Пресс, 1994. – 208 с. 7. Жерихин В.В. Избранные труды по палеоэкологии и филоценогенетике. – М.: Товарищество науч.

изд. КМК, 2003. – 542 с. 8. Колчинский Э.И. Эволюция биосферы. – М.: Наука, 1990. – 236 с. 9. Космос и его освоение. Т. 1. – М.: Наука, 1994. – 526 с. 10. Красилов В.А. Нерешенные проблемы эволюционной теории. – Владивосток: ДВНЦ АН СССР, 1986. – 140 с. 11. Малышев Ю.С. Эволюционно-экологические подходы к анализу урбоэкологических проблем // Городская среда: принципы и методы геоэкологических исследований. – Иркутск, 1990. – С. 11-82. 12. Яблоков А.В., Юсуфов А.Г. Эволюционное учение. – М.: Высш. шк., 1981.– 343 с.

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ МХОВ ДЛЯ ОЦЕНКИ СОСТОЯНИЯ ОКРУЖАЮЩЕЙ

СРЕДЫ В РАЙОНЕ БЦБК

В качестве биоиндикаторов загрязнения наземных экосистем успешно используются мхи [Панкратова, 2009]. Вследствие физиологических особенностей, они способны поглощать минеральные вещества, как из воздушной среды, так и из гумусового слоя почвы. Поэтому мхи применяют для оценивания атмосферного загрязнения, а также для тестирования состояния верхнего слоя почвенного покрова. В работах [Панкратова, 2009;

Ermakova, 2004;

Korzecwa, 2007;

Reimann, 2001] прослеживалось распределение выпадений тяжелых металлов на разных европейских территориях при атмосферном переносе. В Прибайкалье широко распространены мхи Pleurozium schreberi и Hylocomium splendens, которые и послужили объектами исследования в данной работе.

Цель работы – определение содержания как ессенциальных, так и потенциально токсичных элементов в двух видах мхов Pleurozium schreberi и Hylocomium splendens, собранных в районе Южного Байкала (БЦБК), для оценивания возможности их использования в качестве биомониторов.

Мхи отбирали на северо-западном макросклоне хребта Хамар-Дабан на заложенных ранее (1972 г) постоянных пробных площадях 50х50 м, удаленных от БЦБК на 0,5, 1, 3, 10,20 и 40 км.

Сбор проведен в начале июля 2011 года. Также мхи были отобраны на острове Ольхон (озеро Байкал), относящемся к экологически чистой территории. В каждой точке (БЦБК, пос. Солзан, ключ Голанский, о. Ольхон) составлялись комбинированные образцы, взятые с 5-10 куртин. После высушивания при 40С до постоянного веса образцы очищались от мусора и мертвого материала, оставлялись только зеленые сегменты последних трех лет. Часть предварительно подготовленного материала поступала на анализ.

Определение элементного состава мхов выполняли методом рентгенофлуоресцентного анализа (РФА) [Чупарина, 2011]. Образцы растений измельчали в электрической кофемолке. Результатом такого помола являлись миллиметровые, а иногда и сантиметровые части растения. Доизмельчение проводили в ручной кофемолке. При этом достигался необходимый размер частиц (менее 100 мкм). Из навески 1 г измельченного материала прессовали излучатель на подложке из борной кислоты при усилии 16 т.

Интенсивности аналитических линий Na, Mg, Al, Si, P, S, Cl, K, Ca, Ti, Cr, Mn, Fe, Ni, Cu, Zn, Br, Rb, Sr, Zr, Ba и Pb измеряли на волновом рентгеновском спектрометре S4 Pioneer (Bruker, AXS). Относительные стандартные отклонения, характеризующие внутрилабораторную прецизионность измерений, не превышали 5 %.

Правильность результатов оценивали сопоставлением результатов РФА с аттестованными значениями концентраций элементов в польском стандартном материале состава травосмеси INCT-MPH-2 и китайском СО состава листьев и веток кустарника (GBW 07602). Значения пределов обнаружения рассчитывали по 3- критерию, используя стандартные образцы с малым содержанием элемента. Величины пределов обнаружения составили, мкг/г: Na (30);

Mg (10);

Al, Mn и Fe (5);

Cl, Ti и Ba (4);

Si, Zr и Pb (3);

P, S, K и Sr (2);

Сr (2,6);

Ca, Ni, Cu, Zn, Br и Rb (1).

Содержания 20 элементов в двух видах мхов, собранных на территориях с разной техногенной нагрузкой, приведены в таблице.

Сравнение результатов РФА мхов Прибайкалья с литературными данными В таблице даны максимальные и минимальные содержания элементов во мхах. В последней колонке представлен диапазон содержания элементов, которые были установлены авторами работ [Панкратова, 2009;

Ermakova, 2004;

Korzecwa, 2007;

Reimann, 2001] для разных видов мхов, собранных на европейских территориях с разной антропогенной нагрузкой. Как видно, диапазоны содержания большинства элементов, взятые из публикаций, шире, как со стороны минимальных, так и со стороны максимальных концентраций, по сравнению с данными наших исследований.

Этот факт объясняется тем, что литературные данные по разным видам мхов с разных природных территорий отличаются степенью техногенного влияния. Сравнивая максимальные концентрации, мы можем предположить, что мхи Прибайкалья меньше подвержены антропогенному воздействию, по сравнению с образцами европейских территорий.

На рис. даны распределения элементов во мхах в зависимости от места отбора. Для обоих видов было выявлено, что концентрации элементов во мхах фоновых территорий (Ольхон, ключ Голанский) значительно ниже значений, полученных для мест отбора, подверженных антропогенному влиянию (г. Байкальск и пос. Солзан). Различие содержаний эссенциальных элементов в фоновых и загрязненных зонах значительно меньше, чем различие содержаний микроэлементов. Поэтому использование микроэлементов во мхах предпочтительнее при оценке состояния территорий.

C, мкг/г Распределение токсичных (а) и эссенциальных (б) элементов в образце Pleurozium schreberi Таким образом, рентгенофлуоресцентный метод анализа обеспечивает получение необходимых данных об элементном составе мхов. Анализ этих данных показал, что мхи являются информативными видами растений, свидетельствующими о состоянии окружающей среды.

1.Панкратова Ю.С., Зельниченко Н.И., Фронтасьева М.В., Павлов С.С. Атмосферные загрязнения на территории Удмуртской республики – оценки на основе анализа мхов-биомониторов // Проблемы региональной экологию. 2009. № 1. С. 57-63. 2. Чупарина Е.В., Мартынов А.М. Применение недеструктивного РФА для определения элементного состава лекарственных растений // ЖАХ. 2011. Т.66, №4. С. 399-405. 3.

Ermakova E.V., Frontasyeva M.V., Pavlov S.S., Povtoreiko E.A., Stainnes E., Cheremisina Ye.N. Air pollution studies in central Russia (Tver and Yaroslavl regions) using the moss biomonitoring technique and neutron activation analysis // Journal of Atmospheric Chemistry. 2004. Vol. 49. P. 549-561. 4. Korzecwa S., Pankratova Yu.S., Frontasyeva M.V. Air pollution studies in Opole region, Poland, using the moss biomonitoring technique and Neutron Activation analysis // Ecological chemistry and Engineering. 2007. Vol. 1, Is. 1-2. P. 43-57. 5. Reimann C., Niskavaara H., Kashulina G., Filzmoser P., Boyd R., Volden T., Tomilina O., Bogatyrev I. Critical remarks on the use of terrestrial moss (Hylocomium splendens and Pleurozium schreberi) for monitoring of airbopne pollution // Environmental Pollution. 2001. Vol. 113. P. 41-57.

ВЕРОЯТНОСТНЫЕ ИНДИКАТОРЫ СОСТОЯНИЯ ПОЧВ ДЛЯ ОЦЕНКИ

ПРИРОДНЫХ И АНТРОПОГЕННЫХ ЭКОЛОГИЧЕСКИХ РИСКОВ

Почвы являются центральным звеном всех наземных биогеосистем, поэтому вероятность и степень проявления любых экологических опасностей при их возникновении и (или) при неблагоприятных последствиях связаны с изменением свойств и состояния почв. Следовательно, достоверная точная информация о состоянии почв является важной составляющей информационного обеспечения управления природными и техногенными экологическими рисками. Основной ценностью, относительно которой оцениваются риски, являются безопасность для здоровья и жизни людей. При оценке экологического риска критерием выступает также сохранение почвенного покрова в целом, что очень важно с точки зрения безопасности и потребностей будущих поколений людей.



Pages:     | 1 |   ...   | 22 | 23 || 25 | 26 |   ...   | 64 |
 


Похожие материалы:

«Саратовский государственный технический университет ЭКОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ПРОМЫШЛЕННЫХ ГОРОДОВ Сборник научных трудов Под редакцией профессора Т.И. Губиной Саратов 2007 УДК 520 Э 40 Сборник научных статей составлен на основе материалов 3-й Всесоюзной научно-практической конференции Экологические проблемы промышленных городов, которая проводилась на базе СГТУ при финансовой поддержке ФГУ НИИПЭ нижнего Поволжья в 2007 году. В сборнике обобщены результаты исследования в области экологии. ...»






 
© 2013 www.kon.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»