БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКИЕ КОНФЕРЕНЦИИ

<< ГЛАВНАЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

загрузка...

Pages:     | 1 |   ...   | 12 | 13 || 15 | 16 |   ...   | 84 |

«М57 МИГРАЦИОННЫЕ МОСТЫ В ЕВРАЗИИ: Сборник докладов и материалов участников II международной научно-практической кон- ференции Регулируемая миграция – реальный путь сотрудничества ...»

-- [ Страница 14 ] --

упорядочивать и регулировать процессы миграции.

Такой подход очень важно последовательно реализовывать на постсоветском пространстве, в процессе выработки миграционной политики в посылающих и принимающих странах.

1. Елков И. Пчелы экономики// Российская газета.-31 января 2008.

2. Народонаселение мира в 2011 году. – М.: ЮНФПА, 2011. – С.

СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ КОРНИ

ТРУДОВОЙ МИГРАЦИИ

Трудовая миграция – по большому счету – этот естественный процесс, обусловленный целым рядом объективных социально-экономических причин, как макро, так и микрохарактера. В соответствии с теориями наноэкономики и экономического психология, человек переезжает туда, где ожидает получить максимальный доход. В рамках данной теории можно анализировать причины миграции на микроуровне, рассматривать всевозможные выгоды и издержки как экономического, так и психологического, нематериального характера (потеря друзей, климат, привыкание к новым условиям жизни, языку и т.п.).

Как известно, существуют три основных фактора, которые влияют на принятие решения о миграции: условия занятости в родной стране и потенциальной стране назначения, возраст и издержки переезда.

Главную роль в условиях занятости играет заработная плата. Второй фактор – возраст мигранта – определяет период, в течение которого работник сможет получать выгоды от инвестиций в свой человеческий капитал, реализованный в форме миграции. Эмпирический анализ миграционных процессов в республике показывает, что «большая склонность к миграции наблюдается у молодежи в возрасте от 20 до 29 лет, почти 60% представителей данной возрастной группы каждый год принимают решение о международной миграции». Их доля среди мигрантов, выезжавших за границу в целях трудоустройства, составляла в разные годы от 60% до 90%. По данным Государственного комитета статистики Республики Таджикистан, на 1 января 2010 г. в республике зарегистрировано 43,6 тыс. безработных, из них более 50% являются молодежью в возрасте 18-35 лет.

Как видно из данных таблицы 1, трудовые ресурсы республики в 2010 г.

по сравнению с 2005 г. увеличились на 15,4 %, а экономически активное население – на 5,8 %. За анализируемый период удельный вес экономически активного населения в трудовых ресурсах страны в среднем составил 53%.

Ежегодно нарастает величина нагрузки населения на одну заявленную вакансию: например, в 2010 на одну вакансию приходилось 5,7 человек. Т.е.

нагрузка по сравнению с 2005 годом увеличилась на 23,9 %. Официально признанная цифра безработицы в 2010 охватывала 47 тыс. человек, увеличившись по сравнению с 2005 годом на 11,9%.

Необходимо подчеркнуть, что в 2010 более 14,1 тыс. безработных в республике составляла молодёжь в возрасте 25-29 лет и 9,9 тыс. человек – в возрасте 18-24 лет. В целом более 50% количества безработных составляет молодежь и её количество в составе безработных ежегодно увеличивается.

И, следовательно, количество молодежи, выезжающей на работу через миграционные службы, увеличивается. Например, в 2009 году количество выезжающей молодежи в возрасте 18-35 лет составляло более 7 900 человек, что на 8 раз больше, чем в 2005 году. Необходимо подчеркнуть, что в экономике республики достаточно вакансий, и вопросы занятости решаются на уровне государства. Однако большинство из них непривлекательно с точки зрения уровня оплаты и условий, поэтому даже занятая часть населения покидает рабочие места и уезжает за пределы республики для поиска высокооплачиваемой работы. Действительно, различие в среднемесячной номинальной заработной плате работников республики и работников РФ очень велико.

Хотя за период с 2005 г. по 2010 г. уровень среднемесячной номинальной заработной платы работников республики увеличился более чем на 4,2 раза, однако её величина за анализируемый период в среднем равнялась всего 10% среднемесячной номинальной зарплаты работников РФ. Естественно, такой низкий уровень заработной платы в республике по сравнению с РФ увеличивает количество таджикских трудовых мигрантов.

Уровень занятости и возрастная структура безработицы Экономически активное население, тыс. чел. 2154 2217 2280 105, Нагрузка незанятого населения на одну заявленную вакансию Безработные, официально признанные, тыс.

человек Источник: Рынок труда в Республике Таджикистан. Государственный комитет статистики Республики Таджикистан. – Душанбе, 2009, 2010. – с. 101.

Соотношение среднемесячной заработной платы работников в Таджикистане к показателям в России [1] Среднемесячная заработная плата работников, сомони Отношение к среднемесячной работников РФ, в % В этих условиях будут работать механизмы теории «притяжения-выталкивания» [4]. В республике как экспортере трудовых ресурсов действуют такие факторы, выталкивающие рабочую силу: безработица или недостаточная занятость, низкий уровень заработной платы, бедность населения и т. д. А в РФ как импортере, наоборот, действуют факторы притяжения: высокая потребность в ресурсах и, как следствие, относительно высокая заработная плата.

Однако наши трудовые мигранты за рубежом используются в основном при заполнении невостребованных, «непрестижных» вакансий, где применяется неквалифицированный труд. Это строительные работы, производство, основанное на тяжелом ручном труде, труд в транспортной отрасли, жилищно-коммунальном хозяйстве. По сведениям ФМС РФ, за 6 месяц 2010 года в РФ трудовые мигранты из Республики Таджикистан осуществляли трудовую деятельность: в строительстве – более 44 %, в сфере торговли – 14,5%, транспорте и связи – 6,1;

в сфере коммунальных услуг – 6%. Некоторую часть трудовых мигрантов составляют так называемые мардикоры – сезонные сельскохозяйственные рабочие (более 5%). Все они зарегистрированы в органах миграционной службы, около 80% имеют лицензию на трудовую деятельность. В последнее время в больших городах широко практикуется наем целыми семьями для обслуживания городских домов, коттеджей. «Семейная бригада» работает в течение сезона: строит подсобные помещения, занимается благоустройством, садово-огородными работами, ремонтирует и содержит дом, готовит пищу. Таким образом, они на российском рынке труда в основном заполняют те рабочие места, на которые почти отсутствует спрос со стороны российских граждан.

Необходимо подчеркнуть, что на скорость потоков миграционных процессов влияют трансакционные издержки. К ним можно отнести: издержки переезда, затраты на поиск информации и работы, издержки на жилье, изучение или совершенствование знания русского языка, а также психологические издержки. Следует отметить, что психологические издержки ощутимо действуют на миграционные процессы, и величина этих издержек будет тем больше, чем больше культурных различий в странах пребывания и назначения. Многие исследователи утверждают, что «именно психологические издержки отличают перемещение рабочей силы от движения капитала и товаров, они дополняют экономическое измерение измерением социальным и психологическим». Отдельные исследователи утверждают, что «если бы психологических издержек не существовало, то число мигрантов было бы значительно больше, и в мире совершенных знаний именно необходимость считаться со значением этих издержек в большей мере будет определять разницу в оплате труда в разных странах, чем монетарные и альтернативные издержки миграции» [4]. Уместно вспомнить, что в течение многих столетий в процессе реального диалога цивилизаций, особенно в Советский период, культурные различия между Центральной Азией и Россией смягчились, сформировалось многого общего. В результате чего складывается относительно низкий уровень психологических издержек, и в связи с этим трудовым мигрантам выгодно переезжать для работы в страны СНГ, особенно в Россию. При анкетном опросе, проведенном Центром занятости Комитета по делам молодежи Согдийской области Республики Таджикистан, выявлено, что более 87,8% молодежи (из 1000 респондентов) изъявили предпочтение избрать для работы РФ.

Однако необходимо подчеркнуть, что с институциональной точки зрения, различие в уровнях экономического развития – еще недостаточное условие для миграции. Если бы это было так, то большая часть границ в мире пересекалась бы постоянно в массовом масштабе. Здесь решающую роль играет регулирование миграции и в передающей, и в принимающей стране.

Исторические спады и подъемы в волнах миграции соответствуют изменениям в миграционной политике. Лишь при существовании определенных институциональных условий и в стране-экспортере, и в стране-импортере начинает действовать «магнит притяжения» [4]. Например, на основе выявления связи между уровнем заработной платы и потоком иммигрантов делается вывод, что человек эмигрирует, если его будущая заработная плата, умноженная на вероятность найти работу за границей, превышает его текущую заработную плату. Следовательно, формирование межправительственных соглашений о трудовой миграции, присутствие родственников и друзей может значительно снизить риск передвижения, облегчить поиск работы, эмоциональную адаптацию к новому окружению. А эти условия формировались в результате длинных исторически сложившихся социально-экономических и политических отношений между Таджикистана и РФ (не только в рамках бывшего СССР, но и существовали до 1917 г.) 1. Таджикистан: 20 лет государственной независимости. Статистический сборник Агентства при Президенте Республики Таджикистан, ДушанбеС. 229.

2. Рынок труда в Республике Таджикистан: статистический сборник. – Душанбе: Государственный комитет статистики Республики Таджикистан. – 2009, 2010.

3. Колосницына М.Г, Суворова И.К. Международная трудовая миграция:

теоретические основы и политика регулирования [Электронный ресурс]// Экономический журнал ВШЭ. 2005. № 4. Режим доступа: http://library.hse.ru/e-resources/ HSE_economic_journal/articles/09_04_05.pdf 5 Mines R., Nuckton.Mines C. The evolution of Mexican Migration to United State: a Case Study, San-Diego, University of California, 1982.

4. Олимова С. Специфика нерегулируемой миграции из Таджикистана// Мухочир. – 2006, № 2. – С. 12.

7. Ходжсон Дж. Что такое институт?// Вопросы экономики.- 2007, № 8. – C. 29.

8. Общая экономическая теория (политэкономия)/ Под ред. В.И. Видяпина и акад. Г.П. Журавлева. – М.: Промо-медис, 1995.

9. Коуз Р. Фирма, рынок и право. – М., 1993. – С. 98.

10. Рахимов А. Мы улучшим правовое и социальное положение трудовых мигрантов из Таджикистана// Народная газета. – 30 сентября 2009 г.

GLOBALISATION, LABOUR MIGRATION AND SECURITY

OF WOMEN: INSIGHTS FROM CENTRAL ASIA

Introduction

Migration and dispersion of people is a natural and global phenomenon dating back to the nomadic period. Even when human beings started forming communities, they experienced temporary, seasonal, or permanent migration from their original area of settlement (Panday, 2009: 168). However, with the contemporary advancements in the means of transportation and communication, this process has become more intensified, speedy and pronounced, resulting into a key global phenomenon.

Thus, what was classically understood as a rational decision made by an individual from a less developed situation to a more advantageous one after weighing risks and benefits or what are still generally categorized as ‘push’ or ‘pull’ factors, has been added by a third set called ‘network’ factors, which include free flow of information, improved global communication and faster and lower cost transportation. While network factors are not a direct cause of migration they do facilitate it. Indeed scholars insist that international migration of people lies at the core of the ongoing process of globalization (Kahanec and Zimmermann, 2008:2). Castles and Miller (2003) have paradigmatically declared the global age to be the ‘age of migration.’ In this context, UNFPA’s report on The State of World Population (2006) firmly accounts that today the number of people living outside their country of birth is larger than at any other time in history and brings fore that the total population in the ‘nation of immigrants’ would comprise the seventh largest on earth, larger than Bangladesh, the Russian Federation, Nigeria or Japan if they all lived in the same place. According to the United Nations estimates the number of people living outside their country of origin has risen from 120 million in 1990 to about 214 million in 2011. Specifically as per UN Human Development Report (2010), migrants account for approximately 3.1 percent of world population. Obviously then, such a wide-scale movement of people is as much a defining feature of globalization as the movement of goods, services, and capital. In fact, accompanied by the global remittances equalled $150-200 billion (Panday, 2009:170), a level that is larger than the current size of the economy of any country in the world except the United States, this cross-national flows of capital and labour have been directly implicated in the structuring and development of the global economy throughout world history. In this respect, capital and labour movements are both a means of producing and an outcome of the global economy (Sanderson and Kentor, 2008:514-15).

                                                             Figures are from UNDP. 2010. Human Development Report. Available online at:

http://hdr.undp.org/en/media/HDR_2009 _EN_Complete.pdf (accessed August 2011).

Nonetheless, this contemporary global migration is not a smooth sailing experience as some classical literature makes us to believe. Instead it a dynamic phenomenon involving many twists and turns, not to mention the issues of integration of immigrants, brain drain, exploitation of immigrants, human trafficking, security and border controls, labour market impacts (including low wages, job stability and unemployment), replacement migration and demographic ageing, return migration, gender perspectives in migration etc.

Specifically, in the post-Communist, post-9/11 world, migration and immigration have become an important area of public interest. Since the attack on the World Trade Center and ensuing crises such as the Madrid and London bombings, immigration fears have fused with those over national security. The collapse of the Soviet Union and wars in Bosnia and Kosovo led to a new wave of economic migrants, guest-workers and asylum seekers in Europe (Edmunds, 2006:554). In particular, amidst the political changes that swept through Central Asia following the collapse of Soviet Union in 1989, the right to migrate was synonymous in the minds of many with the establishment of democracy. A mosaic of migration patterns (ethnically based migrations, return migration, labour migration, transit migration) gathered pace during the 1990s throughout the region and was further inflated by huge numbers of refugees, asylum-seekers and displaced persons as conflict and war broke out in different areas, notably in the Caucasus and south-east Europe (Tonelli, 2003).

Between 1991 and 2000 an estimated nine million individuals left one county in the post Soviet Central Asia and moved to live in another.7 This mass migration has affected the political, economic and social development of the countries involved, not to mention the lives of many individuals and groups (Randitz, 2006).

Such a major event in world history has not escaped the notice of scholars, who have studied this process. Yet, there are still many stories to tell about this post Soviet experiment and its ramifications for groups and individuals. This article tells one part of the story by focusing on the dilemmas of women in Central Asia, specifically their security issues in the broader contexts of gender and systems of globalisation and migration. To this end, I bring together the distinct literatures on international migration, globalisation and security issues to identify causal mechanisms that may lead to the deteriorated social and physical security of women in Central Asia.



Pages:     | 1 |   ...   | 12 | 13 || 15 | 16 |   ...   | 84 |
 


Похожие материалы:

«Международная конференция высокого уровня по среднесрочному всеобъемлющему обзору хода выполнения Международного десятилетия действий Вода для жизни, 2005-2015 Душанбе, “Ирфон“ 2010 ББК 28.082+67.91+67.99 (2 Tадис) 5+65.9(2) 45 Международная конференция высокого уровня М-34 по среднесрочному всеобъемлющему обзору хода выполненияМеждународного десятилетия действий Вода для жизни, 2005-2015. Под общей редакцией Хамрохона Зарифи, Министра иностранных дел Республики Таджикистан Душанбе: “Ирфон”, ...»

«ТВОРЧЕСТВО МОЛОДЫХ Вестник студенческого научно-творческого общества КСЭИ: материалы XVI межвузовской студенческой конференции 22 апреля 2013 г. В Ы П У С К В О С Е М ЬД Е С Я Т ПЕРВЫЙ Краснодар, 2013 1 Редакционная коллегия: О.Т. Паламарчук, доктор филологических наук, кандидат исторических наук (ответственный редактор) А.В. Жинкин, кандидат исторических наук (научный редактор) Х.Ш. Хуако, кандидат экономических наук Л.А. Прохоров, доктор юридических наук Н.И. Щербакова, кандидат ...»

«январь 2008 г. Данная публикация была разработана в контексте МПРРХВ. Содержание не обязательно отражает взгляды или политику отдельных организаций-участниц МПРРХВ. Межорганизационная программа по рациональному регулированию химических веществ (МПРРХВ) была создана в 1995 г. по рекомендации Конференции ОНН по окружающей среде и развитию 1992 г. в целях укрепления сотрудничества и координации на международном уровне в области химической безопасности. Организациями-участницами являются: ФАО, МОТ, ...»

«Материалы международной научно-практической Интернет-конференции СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ КАЧЕСТВА И БЕЗОПАСНОСТИ ПРОДУКТОВ ПИТАНИЯ В СВЕТЕ ТРЕБОВАНИЙ ТЕХНИЧЕСКОГО РЕГЛАМЕНТА ТАМОЖЕННОГО СОЮЗА 26 марта 2014 г. Краснодар, 2014 1 ББК 36:30.16 УДК 664:663.1 Редакционная коллегия: Проректор по научной и инновационной деятельности КубГТУ, д.т.н., проф. Калманович С.А. (председатель) Директор института пищевой и перерабатывающей промышленности КубГТУ, д.т.н, проф. Шаззо А.Ю. (зам. председателя); д.т.н, ...»






 
© 2013 www.kon.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»